— Товарищ гвардии батальонный комиссар, гвардии сержант
— Товарищ гвардии батальонный комиссар, гвардии сержант Сомин по вашему вызову явился! Комиссар перестал хмуриться: — Это хорошо, что явился. Только являются обычно чудотворные иконы или образ любимой девушки во сне, а гвардии сержанты по вызову начальника прибывают. Садитесь, Сомин. Машинка перестала трещать. Яновский осмотрел Сомина с ног до головы: — Бляха у вас не начищена, пуговицы тоже. Надо относиться с уважением к своей форме. — Некогда было, товарищ комиссар. С утра пошёл на склад… — Не перебивайте. Сейчас у вас времени будет ещё меньше. Вы назначены командиром зенитно-противотанкового орудия, а Горлопаев будет старшиной батареи. Справитесь? Сомину стало страшновато. Ведь он ни разу не вёл огня из орудия, устройство его знает главным образом теоретически, и потом — будут ли слушаться его бойцы? Но гордость не позволила сказать об этом комиссару. Он ответил уверенно и даже развязно: — Справимся, товарищ гвардии батальонный комиссар. Прикроем вашу Раису Семёновну. Лицо комиссара снова стало суровым: — Никакой Раисы Семёновны нет. Забудьте это! — А как же называть эту самую электропушку? Комиссар прошёлся по комнате. — Товарищ Сомин, нашему дивизиону моряков доверили новое мощное оружие. Придёт время — вы узнаете его устройство, и не повторяйте глупых названий, потому что они могут помочь врагу узнать наш секрет. Есть одно название: боевые машины. Ясно? Теперь о вас. Знаю, что вначале будет трудно. Поможем. Ведь вы комсомолец, товарищ Сомин?